Леса Камеруна под давлением вырубки ^{CEFR B2}

Леса Камеруна покрывают почти 22 миллиона гектаров — около 45% территории страны — и представляют собой вторую по величине экосистему тропических лесов в бассейне Конго после Демократической Республики Конго. Они играют важную роль как поглотители углерода и место обитания разнообразной флоры и фауны, но подвергаются систематической деградации из‑за расширяющейся лесозаготовки, сельского хозяйства и торговли древесиной.

С начала 1990-х годов возрос спрос на редкие тропические породы, такие как аюс, сапелли, тали и бубинга. В 1994 году была принята правовая база для заготовки и сбыта древесины с квотами и обязанностями по восстановлению, однако на практике соблюдение правил остаётся слабым. По данным Timber Trade Portal, в 2019 году зарегистрировано 93 лесные концессии, которые в 2017 году произвели свыше 3,3 миллиона кубометров круглого леса для рынков Китая, Вьетнама, Бельгии, Италии, Франции, США и Испании.

Экспорт в Европу существенно упал после кризиса европейской троплесопромышленности: экспорт из Центральной Африки в Европу снизился с USD 1.4 billion до USD 600 million в 2010—2020 годах. По мере ужесточения в Европе правил легальности древесины (меры, связанные с FLEGT) спрос сместился в сторону Азии; большая часть из 4.2 million tons древесины Центральной Африки шла на азиатские рынки, а импорт Китаем достиг USD 1 billion в 2019 году.

Слабый контроль и организованные незаконные сети усиливают потери: описывают перелёсы запасов, вырубки в запретных зонах, фальсификацию транспортных документов и изменение объёмов для «легализации» нелегальной древесины. Порозные границы облегчают тайные поставки в соседние страны — Габон, Экваториальную Гвинею и Чад — где древесина экспортируется под другой таможенной идентичностью. Операторы отмечают, что трансграничные маршруты отлажены, а Китай остаётся важным направлением как для легальной, так и для нелегальной древесины. Последствия включают серьёзные угрозы биоразнообразию, ущерб местным сообществам и значительные потери государственных доходов, выражающиеся в миллиардах франков CFA ежегодно; пока неясно, как власти остановят сочетание высокого внешнего спроса и организованных незаконных сетей.